Герой повести Станционный смотритель, с которым мне хотелось бы поговорить
Станционный смотритель, о котором нам прежде всего хочется узнать, хотя бы те крупицы информации, что оставила на страницах история. В ветхой маленькой станции, затерянной на обочине снежного пути, его фигура виднелась как страж безмолвного уюта, призванный укрыть всех от зимнего ветра и предательского холода. Покрытые инеем стекла окон исчезали под налетами метели, и вся станция казалась погруженной в молчание, лишенное даже отзвуков разговоров путешественников, тех временных постояльцев, чьи пути пересеклись здесь лишь на мгновение.
Смотритель был человеком незаурядным, своеобразным хозяином этого уединенного мира, где время текло несоизмеримо медленнее. Стена за его спиной испещрена множеством меток — каждая рассказывала свою мятежную или тихую историю о давно ушедших гостях, о далеком прошлом и скромных надеждах на будущее.
Снежана звала Анику, вывела к осеннему вечеру истоптанный мостик между взорами людей и плотным кустарником по дороге. Ее улыбка мягко грела полутьму как крохотный уголек, робко мерцающий в глубине очага. Герой позабытых лет, со слегка седыми волосами, взглянул на нее как на светлый маяк в житейской суете, словно все его тревоги тотчас растаяли.
Разговор бы наш, должно быть, плелся там, не спеша, словно покачиваясь на старом деревянном кресле, удовлетворенным уже значением самого своего существования. Где-то не вдалеке раскатисто пел ветер, и его унылые ноты перекликались с рассказами Смотрителя о разных путниках, о их судьбах и невыполненных обещаниях. Его голос, обрамленный отголосками далекого прошлого, рождал в памяти картины различных мест и событий, которых мне ни разу не доводилось видать.
И во всём этом витала странная нотка своей необъяснимой магии — встречи старого безмолвного чуда и непрекращающейся жизни. Нам не спится, когда такие разговоры оживают в тёмное время суток, закручивая на вьюге из мыслей и вдохновений, гордая станция обоими, всеми прошлым и настоящим.