Сочинение Примеры из литературы, в которых искусство влияет на человека

Иногда кажется, что искусство — это что-то далекое, для взрослых в галереях и концертных залах. Но это совсем не так. Оно живет рядом с нами: в любимой песне, которая поднимает настроение, в старой фотографии, которая хранит память, в книге, которую не можешь отложить. Искусство обладает удивительной силой — оно может менять нас, наших героев и даже целый мир. И в русской литературе есть множество тому доказательств, когда музыка, живопись или стихи становились поворотной точкой в судьбе человека.
Ярчайший пример — роман Льва Толстого «Война и мир». Николай Ростов, молодой граф, проигрывает в карты огромную сумму денег Долохову. Он в отчаянии, ему стыдно перед семьей, и мир для него рухнул. Но, вернувшись домой, он слышит пение своей сестры Наташи. Ее голос, чистый и проникновенный, звучит так просто и искренне, что затрагивает что-то самое глубокое в его душе. «Что слезы эти? Что за радость?.. Все это вздор, — подумал Николай, — а вот это — настоящее. Наташа, голос… как она поет…» В этот момент карточный долг, унижение, злость — все это отступает перед силой прекрасного. Его душа очищается, он понимает, что есть нечто важнее денег и светских условностей. Эта сцена показывает, как простое искусство — пение — способно исцелить душу, вернуть человека к самому себе, напомнить о настоящих ценностях: семье, любви, красоте.
Другой герой, которого искусство ведет по жизни, — это князь Мышкин из романа Федора Достоевского «Идиот». Он сам не художник и не музыкант, но его восприятие мира — это и есть особое искусство. Однако в романе есть мощнейший образ, связанный с живописью. В доме Рогожина висит копия картины Ганса Гольбейна «Мертвый Христос». Увидев ее, князь в ужасе восклицает: «Да от этой картины у иного еще вера может пропасть!». Картина поражает его натуралистичным изображением смерти, в ней нет надежды на воскресение, только тлен. Это искусство не утешает, а ранит, сеет сомнение и отчаяние. Оно становится символом того хаоса и безверия, которые царят в душах многих героев. Так Достоевский показывает двойственную силу искусства: оно может быть светом, но может и обжечь, обнажив самые страшные истины. Для Мышкина эта встреча с картиной — словно столкновение с самой бездной, которое проверяет и его собственную веру и любовь.
А вот в повести Николая Гоголя «Портрет» искусство прямо становится роковой силой, которая губит человека. Молодой и талантливый художник Чартков покупает на последние деньги загадочный портрет старика с невероятно живыми глазами. Этот портрет оказывается проклятым — он приносит художнику богатство, но взамен забирает его талант и душу. Найдя в раме деньги, Чартков сначала пытается работать для себя, но постепенно втягивается в мир светских заказов: рисует льстивые портреты богачей, гонится за славой и деньгами. Его дар, данный для создания прекрасного, он растрачивает на пустое. Увидев потом работу настоящего гения, он с ужасом понимает, что погубил свой талант. Искусство здесь выступает как искушение и испытание. Портрет — это зеркало, которое показывает, что происходит с душой, когда творчество становится слугой не вдохновения, а алчности. История Чарткова — это предостережение о том, что дар требует ответственности, а его предательство губит самого художника.
Совсем иную, преображающую роль играет искусство в рассказе Антона Павловича Чехова «Скрипка Ротшильда». Гробовщик Яков Бронза, угрюмый и скупой человек, всю жизнь видел в своей скрипке только источник небольшого побочного дохода. Он играл на свадьбах, не чувствуя музыки. Но однажды, после смерти жены, в нем просыпается осознание всей бессмысленно прожитой жизни, полной жадности и равнодушия. Он играет на скрипке, и инструмент издает такой пронзительный, скорбный звук, что сам Яков плачет. В эти минуты музыка становится языком его души, которой он никогда не пользовался. Перед смертью он завещает свою скрипку бедному музыканту Ротшильду, еврею, над которым всегда смеялся. И когда Ротшильд играет на ней написанную Яковом мелодию, получается «такая страстная и печальная музыка, что слушатели плачут». Искусство здесь совершает чудо. Оно переживает самого человека, смягчает сердца, соединяет тех, кого при жизни разделяла злоба. Жалкая скрипка гробовщика превращается в инструмент, который передает людям самое главное — сострадание. Это показывает, что настоящее искусство всегда говорит о вечном и человечном.
Нельзя не вспомнить и поэзию. В романе Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита» именно поэзия Ивана Бездомного становится первым шагом к его преображению. В начале романа он — конъюнктурный поэт, пишущий плохие антирелигиозные стихи по заказу государства. Встреча с Воландом и история о Понтии Пилате, которую он слышит, переворачивает его мир. Его старые стихи кажутся ему убогими и ложными. В клинике Стравинского, под влиянием Мастера, Иван отказывается от псевдопоэзии и начинает писать по-новому. Он становится учеником, историком. Поэзия, которую он создавал раньше, была ремеслом, а настоящее искусство истории Мастера пробудило в нем личность, жажду правды. Так литература внутри литературы помогла герою сбросить маску и найти свой путь.
Даже в суровых условиях искусство не теряет своей силы. В рассказе Александра Солженицына «Один день Ивана Денисовича» в мире лагеря, где выживание — единственная цель, есть место для настоящего творчества. Заключенный Цезарь Маркович, интеллигент из Москвы, получает посылку и, укрывшись одеялом, смотрит в кинокамере фрагменты фильма. В этот момент он не в бараке, он снова в мире искусства. А кавторанг Буйновский, забывшись, громко обсуждает с ним творчество Эйзенштейна. Это короткое обсуждение кино для них — глоток свободы, напоминание о том, что они не просто «зэки», а мыслящие люди. Искусство здесь становится формой сопротивления, способом сохранить в себе человеческое.
Подводя итог, хочется сказать, что литература дает нам бесценные уроки. Она показывает, что искусство — это не украшение жизни, а ее мощная созидательная или разрушительная сила. Оно может, как скрипка Якова Бронзы, пробудить в черством сердце сострадание. Может, как пение Наташи Ростовой, утешить и очистить душу. Может, как для Ивана Бездомного, указать путь к правде. Но может и искусить, как портрет у Гоголя, или поразить ужасом, как картина у Достоевского.
Искусство — это диалог с душой. Оно задает нам трудные вопросы, заставляет чувствовать и думать. Оно напоминает, что кроме будничной суеты есть что-то высшее: красота, истина, память. Как писал сам Федор Достоевский, «красота спасет мир». Возможно, спасет она именно тем, что, меняя одного человека, искусство меняет и всех вокруг. Каждый из нас, открывая книгу, слушая музыку или вглядываясь в картину, становится участником этого вечного и прекрасного диалога, который и делает нас людьми.