Сочинение Чичиков: кто он такой?

Он приехал в наш губернский город N в своей рессорной бричке, скромный, небогатый, ничем не примечательный. Коллежский советник Павел Иванович Чичиков. Ни толст, ни тонок собой, ни молод, ни стар. Господин средней руки, каких много. Такой человек проходит по улице — и глаз не зацепится, не запомнишь. Он как тень, как серый мышиный щелк по плинтусу жизни. Но именно в этой серости, в этой неприметности и таится самая большая загадка. Кто же он такой? Просто делец, мошенник, или нечто большее — странный символ целой эпохи, человек, в котором отразились все болезни времени?
С детства его жизнь была уроком, выученным наизусть. «Береги копейку, копейка рубль бережет», — наставлял его отец, отправляя в городское училище. Эти слова стали его евангелием, его молитвой. Он не был злым или жестоким от природы мальчиком. Но он быстро понял простую истину: в этом мире ценятся не дружба и не искренность, а умение угодить, услужить, приспособиться. Он не заводил друзей, а заводил полезные знакомства. Он не делился, а выменивал. Уже тогда в нем проснулся тот самый практический ум, лишенный всякой романтической чепухи. Он видел жизнь как голое уравнение, где всё имеет свою цену и может быть куплено или продано. Душа? А что такое душа? Он не задумывался об этом. Его интересовали вещи осязаемые: карьера, деньги, положение.
И он шел к своей цели с упорством муравья. Служба в казенной палате, комиссия для построения казенного здания, место на таможне — везде он старался, лебезил перед начальством, проявлял невиданное рвение. Но это рвение всегда имело одну конечную цель — личное обогащение. И когда прямой путь казался слишком долгим, Чичиков без зазрения совести сворачивал на кривую тропинку. Мошенничество на таможне, конечно, было преступлением. Но разве не преступлением была вся та система, где взяточничество и казнокрадство цвели пышным цветом? Чичиков был не изобретателем правил, он был лишь их самым талантливым и беспринципным учеником. Он пал, когда его афера раскрылась, но пал не потому, что раскаялся, а потому, что оказался неосторожен. И в этом падении не было трагедии, лишь досада на неудачу, как у игрока, проигравшего крупную сумму.
И вот тогда, оправившись от удара, он задумал свой самый гениальный и самый чудовищный план. План, который мог родиться только в голове, абсолютно лишенной моральных преград и в то же время обладающей чисто русской смекалкой. Он решил скупить «мертвые души» — ревизские сказки умерших, но еще не вычеркнутых из списков крестьян. За бесценок, за копейки. А потом, заложив эти души как живые в Опекунский совет, получить под них крупную ссуду, целое состояние. Гениально и просто! В этом плане, как в капле воды, отразился весь абсурд и вся пошлость того мира. Речь шла не просто о мошенничестве. Речь шла о торговле призраками, о спекуляции смертью, о том, чтобы нажиться на бюрократической неразберихе и бумажной фикции. Чичиков покупал не людей, а имена в списках. Он превращал сам факт человеческой жизни и смерти в ходовой товар, в банковский билет.
И он отправляется в путь. Его визиты к помещикам — это как будто путешествие по разным кругам ада русской жизни, где каждый хозяин — это законченный тип духовного убожества. Где Манилов с его сладкой, бесплодной мечтательностью, готовый отдать даром то, что не имеет для него цены. Где коробочка-дубинноголовая, для которой мертвая душа — все равно что мертвая птица, лишь бы не продешевить. Где Ноздрев — хаос и разрушение в человеческом облике, для которого вся жизнь азартная игра, а правда и ложь — одно и то же. Где Собакевич, грубый и практичный, который видит в каждом человеке, живом или мертвом, товар и умеет выгодно его продать. И, наконец, Плюшкин, живой мертвец, у которого жажда накопительства убила все человеческое, превратив душу в подобие высохшего сухаря.
И со всеми ними Чичиков находит общий язык! Вот в чем его истинный демонизм. Он — идеальный собеседник для любого из этого галереи уродов. С Маниловым он сладок и мечтателен, с Коробочкой — настойчив и прост, как счеты, с Ноздревым — бодр и азартен, с Собакевичем — тверд и деловит, как кулак. Он — зеркало, в котором каждый видит свое подобие. Он — хамелеон, принимающий окраску любой среды. В нем нет своего лица, своей сути. Есть только бешеная, всепоглощающая цель — богатство, покой, «жизнь во всех довольствах». И ради этой цели его душа готова на все, даже на торговлю призраками.
Но кто же он тогда? Злодей? Великий комбинатор? Нет, он страшнее. Он — обыватель. Его идеал мещанский и плоский: хороший дом, вкусная еда, уважение соседей, семья. Он не хочет свергать государство или стать тираном. Он хочет тихо и сыто жить на краденые деньги. В этом его ужасная нормальность. Гоголь показывает нам не монстра, а продукт системы, человека, которого эта система создала и воспитала. В мире, где все продается и покупается, где чины и богатство — единственные мерила успеха, где духовность давно забыта, Чичиков был бы просто удачливым дельцом. Его аморальность — прямое следствие всеобщей аморальности.
А что же за душой он торгует? Этот вопрос, кажется, даже не приходит ему в голову. Душа для него — это ревизская сказка, бумажка. Но Гоголь-то знает, что душа — это бессмертная сущность, это божественная искра в человеке. И трагедия Чичикова (хотя сам он ее не ощущает) в том, что, торгуя чужими мертвыми душами, он давно уже продал и похоронил свою собственную. Его душа стала такой же «мертвой», как те, что он скупает. В погоне за призрачным богатством он убил в себе все живое: способность любить, дружить, сострадать, верить. Он — живой мертвец, самый страшный в галерее гоголевских персонажей, потому что он не сидит в своем захолустье, как Плюшкин, а активно действует в мире, заражая его своим духовным трупным ядом.
В финале поэмы он мчится прочь из города в своей знаменитой тройке. Куда? За новыми мертвыми душами? Или, может быть, ему все-таки дается шанс на возрождение? Гоголь, задумывавший второй и третий тома, хотел провести своего героя через очищение, через страдания, чтобы показать путь души к свету. Но того «Мертвых душ», что мы знаем, Чичиков так и остается загадкой, уносящейся в туманную русскую даль. Он — наша общая болезнь, наше отражение в кривом зеркале.
Так кто же он, Павел Иванович Чичиков? Он — призрак, блуждающий по просторам России. Он — дух стяжательства и практицизма, вытеснивший из человека все святое. Он — воплощение пошлости, возведенной в жизненный принцип. Но прежде всего он — человек без души, который ищет счастья в том, что его окончательно губит. И пока будут жить в мире чичиковы, большие и маленькие, торгующие чем угодно ради наживы, книга Гоголя будет оставаться не просто классикой, а грозным предупреждением, страшным и смешным зеркалом, в котором нам всем страшно заглянуть.