Сочинение Тип праведника в творчестве Солженицына

Тип праведника в творчестве Солженицына – это как луч света в темном царстве. Когда я впервые прочитал рассказ «Матрёнин двор», мне показалось, что я нашёл что-то очень важное, что-то настоящее. Солженицын писал о простых людях, которые, казалось бы, ничего особенного не совершили, но в их жизни был какой-то тайный, внутренний стержень. Этот стержень и делает их праведниками. Не в церковном смысле, а в самом простом, человеческом. Это люди, которые живут не для себя, а для других, и в этой жизни по совести видят свой главный долг.
Главной праведницей для меня, конечно, стала Матрёна Васильевна из рассказа «Матрёнин двор». Солженицын не рисует её святой. Она простая, необразованная, даже немного странная в быту женщина. Она не умеет отказывать, её обманывают соседи и родственники, она работает за палочки трудодней, а не за деньги. Но почему же она так западает в душу? Потому что в её сердце нет места злобе или расчёту. Она помогает всем, кто попросит, делится последним, хотя сама живёт в страшной бедности. Её дом – это пристанище для кошки, колченогой козы и самого рассказчика, учителя Игнатича. В мире, где все думают о выгоде, она думает о том, как бы не обидеть человека, как бы сделать ему хорошо.
Солженицын показывает, что праведность Матрёны – в её отношении к труду. Для неё работа – это не тяжкая повинность, а естественное состояние, способ быть полезной. Она встаёт в четыре утра, чтобы накормить скотину, идёт воровать торф, чтобы протопить избу, копается в огороде. И делает это не со стоном, а с какой-то внутренней, никому не понятной радостью. Её жизнь построена не на лозунгах или высоких идеалах, а на простом крестьянском понимании правды: надо работать, надо делиться, нельзя лгать. Эта правда живёт в ней с рождения, от её родителей и от самой русской земли, которую она не покинула, несмотря на все горести.
Но праведник у Солженицына – это всегда трагическая фигура. Мир не готов принять такого человека. Он его использует, презирает, а потом безжалостно уничтожает. Гибель Матрёны под колёсами поезда, когда она помогала перетаскивать свою же горницу, – это символ. Мир, гонящийся за брёвнами, за имуществом, за «делянкой», убивает того, кто жил духом. Её смерть открывает истинную сущность окружающих: сёстры, золовки, соседи сразу начинают делить её скудное наследство, вспоминая старые обиды. И лишь рассказчик понимает, что с уходом Матрёны из жизни ушло что-то самое главное, невозвратимое. «Все мы жили рядом с ней и не поняли, что есть она тот самый праведник, без которого, по пословице, не стоит село. Ни город. Ни вся земля наша». Эти слова стали для меня откровением. Оказывается, мир держится на таких вот незаметных, «странных» людях.
В повести «Один день Ивана Денисовича» мы встречаем другой тип праведника. Иван Денисович Шухов – простой крестьянин, солдат, попавший в лагерь. Он не борец, не идеолог. Его праведность – в умении оставаться человеком в нечеловеческих условиях. Он не предаёт, не подличает, не теряет своего достоинства. Его моральный кодекс прост: работай хорошо, потому что плохая работа – это позор для мастера; не унижайся за лишнюю миску баланды; не лезь в чужой паёк; уважай тех, кто этого достоин. Вся его жизнь в лагере – это борьба за выживание, но не животное, а человеческое выживание.
Шухов праведен в своём отношении к труду. Сцена, где он с азартом и мастерством кладёт стену, – одна из ключевых. В этот момент он забывает, что он раб, зэк номер Щ-854. Он – мастер, творящий что-то добротное и нужное. В этом труде он обретает свободу. Его праведность не в том, чтобы молиться (хотя он и крестится украдкой), а в том, чтобы честно делать своё дело, каким бы страшным ни был контекст. Он сохраняет в себе те самые крестьянские, народные понятия о добре и зле, которые не смогла вытравить даже сталинская машина. Он не думает о высоком, он просто живёт по совести в том аду, куда его бросили. И в этом – его огромная духовная сила.
Ещё один ярчайший образ – это Алеша-баптист из того же «Одного дня…». Он – праведник в религиозном понимании. Его вера настолько сильна, что лагерь для него – не наказание, а испытание, место, где можно быть ближе к Богу. Он кроток, смиренен, всегда готов помочь. Он отдаёт свою пайку хлеба, молится, несёт слово Божье. Но Солженицын показывает, что и такая, сознательная праведность важна. Алеша и Шухов – два разных пути к одной правде: один через веру в Бога, другой – через веру в труд и человеческую порядочность. И они уважают друг друга, потому что чувствуют в собеседнике ту же внутреннюю цельность.
Когда мы читаем роман «В круге первом», то встречаемся с праведниками уже из мира интеллигенции. Иннокентий Володин, дипломат, который решается позвонить в американское посольство, чтобы предупредить о краже секрета ядерной бомбы. Он поступает не как предатель, а как человек, осознавший свою ответственность перед человечеством. Его поступок – это акт высшей совести, попытка вырваться из круга лжи и страха. Он знает, что его ждёт арест и гибель, но идёт на это. Здесь праведность – это мужество следовать голосу совести вопреки всему, даже вопреки патриотизму, извращённому системой.
В той же «шарашке» мы видим Глеба Нержина, прототипом которого во многом был сам автор. Его праведность – в отказе. Отказе сотрудничать с системой, даже если это сулит свободу. Он, талантливый математик, отказывается работать над совершенствованием аппаратуры для политических репрессий. Для него это вопрос внутренней гигиены, вопрос сохранения своей души. Он выбирает лагерную зону вместо относительного комфорта «рая» шарашки, потому что в зоне он будет хотя бы страдать вместе со всеми, а не служить палачам. Это страшный, мучительный выбор, и в нём – вся суть солженицынского праведника: лучше физические муки, чем согласие на духовное рабство.
Образы праведников у Солженицына разнообразны: это и простая крестьянка, и лагерный зэк, и верующий, и интеллигент. Но всех их объединяет одно – нравственная непоколебимость. Они не делают громких заявлений, не герои в обычном смысле. Чаще всего они тихие, незаметные. Но именно они противостоят огромной, бездушной государственной машине, всеобщему страху, лжи и насилию. Их оружие – не винтовка и не громкие слова, а их собственная жизнь, построенная на иных, настоящих ценностях.
Почему Солженицын так настойчиво ищет и показывает этих людей? Мне кажется, он хочет сказать нам, своим читателям, очень важную вещь. В самые тёмные времена, когда кажется, что зло победило, что добро бессильно, именно такие люди являются опорой. Они – живые доказательства того, что человеческую душу нельзя до конца сломать, что совесть – не пустое слово. Они сохраняют в себе ту самую «живую жизнь», ту народную правду, которая в итоге оказывается сильнее любого насилия.
В конце концов, тип праведника у Солженицына – это ответ на вызов эпохи. Двадцатый век с его войнами, революциями, лагерями пытался доказать, что человек – это винтик, что мораль относительна, что цель оправдывает средства. Солженицын своим творчеством говорит: «Нет». Он находит этих «винтиков», которые, оказывается, имеют совесть, душу и свою, никем не отменённую правду. И показывает, что будущее есть только у той страны, у того народа, который способен рождать и ценить таких праведников.
Читая Солженицына, я понял, что праведник – это не обязательно человек без страха и упрёка. Это тот, кто, несмотря на страх, на слабость, на беды, продолжает держаться за простые и ясные правила: не лги, не предавай, работай честно, жалей людей, отвечай за свои поступки. В этом нет ничего сверхъестественного, это доступно каждому. И в этом – надежда. Солженицын заставляет верить, что пока в самом забитом, самом тёмном углу нашей земли живёт хоть одна такая Матрёна или один такой Шухов, – душа народа жива, и у него есть шанс на очищение и возрождение.