Сочинение на тему «Образы помещиков по поэме Н. В. Гоголя 'Мертвые души'»

Наверное, каждый, кто читал гоголевских «Мертвых душ», навсегда запомнил этих странных, смешных и в то же время страшных хозяев усадеб, к которым заезжал Павел Иванович Чичиков. Николай Васильевич Гоголь был настоящим мастером, умевшим несколькими яркими штрихами нарисовать портрет так, что человек оживает прямо перед глазами читателя. Он не просто описывает внешность или обстановку в доме, он показывает саму душу помещика, его застывший, неподвижный мир. И если вдуматься, все эти образы складываются в одну большую картину — картину духовного омертвения, из-за которого поэма и получила свое название.
Первым на пути Чичикова встречается Манилов. Это, пожалуй, самый «приятный» и безобидный из всех. Он постоянно улыбается, говорит сладкими словами о дружбе и высоких материях. В его усадьбе чувствуется какая-то запущенная небрежность: пруд весь в тине, деревья чахлые, а в доме вечная нехватка самой необходимой мебели. Но сам Манилов этого не замечает. Он живет в мире своих грез и пустых фантазий, строит воздушные замки, которые никогда не будут возведены. Его кабинет годами лежит книга с закладкой на четырнадцатой странице. Он — человек красивых, но абсолютно бесплодных намерений. Его душа, как и его хозяйство, пребывает в состоянии ленивого застоя. Он не злой, он просто… никакой. Его внутренний мир так же пуст, как и его слова о благородстве. Гоголь показывает, что праздная мечтательность и бездеятельность — это тоже путь к душевной смерти.
Совершенно иным предстает перед нами Коробочка. Если Манилов витает в облаках, то Настасья Петровна крепко стоит на земле, вернее, на своем хозяйстве. Она — воплощение тупой, упрямой бережливости и страшной ограниченности. Ее мир замкнут границами ее усадьбы. Она знает цену каждой копейке, каждой тряпке, каждому перышку. Но ее ум не способен выйти за рамки привычного: продать мертвые души? Да как же это возможно, а вдруг они на хозяйстве пригодятся? Она боится всего нового и непонятного, как боится продешевить. Ее душа заперта в сундуке с мелочными сбережениями и старыми вещами. Она не злая, она просто глупа и до ужаса боязлива. Образ Коробочки — это образ закостеневшего, неподвижного ума, для которого весь огромный мир сводится к курятнику, амбару да гривенникам, спрятанным по уголкам. Это душа, умершая в мелком стяжательстве и страхе перед жизнью.
Затем мы попадаем в бурлящее царство Ноздрева. Это полная противоположность тихой и расчетливой Коробочки. Ноздрев — кутила, враль, картежник и драчун. В его имении все в таком же хаосе, как и в его голове: поле не убрано, лошади тощие, зато псарня в отличном состоянии. Его жизнь — это бесконечный шум, движение, афера, но движение без цели и смысла. Он готов дружить со всеми, тут же ссориться, обманывать, хвастаться несуществующими богатствами. В его душе нет никакого стержня, никаких принципов, кроме жажды сиюминутного удовольствия и азарта. Он как ветер, который несется, крушит все на своем пути и так же быстро улетает. Но этот вечный внешний ажиотаж скрывает ту же самую духовную пустоту. Его душа мертва, потому что в ней нет ни любви, ни привязанности, ни чести — только неуемная, разрушительная энергия.
Пожалуй, самый отталкивающий и страшный образ в этой галерее — это Собакевич. Он похож на медведя, и все в нем — и дом, и мебель, и сам он — кажется вырубленным топором из цельного куска дерева. В его мире нет места чему-то легкому, изящному или духовному. Он прагматик до мозга костей, ненавидит все, что кажется ему пустым: не любит врачей, не доверяет просвещению, презирает людей. Но при этом он хитрый и расчетливый делец. Он единственный, кто сразу понял суть аферы Чичикова и начал торговаться за мертвые души, как за живых, хваля их качества. Его душа окаменела в грубой, животной силе и невероятной жадности. Он видит в людях только материал, только пользу. В нем нет ни капли человеческого тепла или сострадания. Это душа, окончательно превратившаяся в подобие тяжелого, неуклюжего предмета, думающего только о еде и выгоде.
И, наконец, мы спускаемся на самое дно. Плюшкин — это кульминация гоголевской мысли о духовной смерти. Когда-то он был просто бережливым хозяином, но скупость постепенно съела в нем все человеческое. Теперь это «прореха на человечестве», старик в лохмотьях, живущий среди невероятных гор хлама. Он копит все: старые подошвы, сломанные вещи, высохшее перо, гниющие запасы. При этом его крестьяне мрут с голоду, а имения приходят в полный упадок. Он подозрителен, жаден и безумен в своей страсти к накопительству. Самое страшное в Плюшкине — это утрата связи с собственными детьми, с миром, с самим собой. Он перестал быть человеком, превратившись в раба вещей, которые уже давно потеряли всякую ценность. Его образ вызывает уже не смех, а ужас и жалость. Это полная, абсолютная смерть души, ее распад и тление. Гоголь показывает, как страсть к вещам может убить в человеке все живое.
Так зачем же Гоголь создал эту целую галерею уродливых и по-своему жалких портретов? Мне кажется, он хотел показать нам не просто отдельных смешных чудаков. Каждый из этих помещиков — это как бы одна из граней духовной болезни, которая поразила целый слой общества. Манилов — бездействие и пустые мечты. Коробочка — глупость и косность. Ноздрев — безудержная и бессмысленная энергия. Собакевич — грубая животная сила и жадность. Плюшкин — окончательное превращение человека в скрягу, потерявшего человеческий облик.
Все они, такие разные, объединены одним — их души спят или уже умерли. Они не живут полной жизнью, не чувствуют, не развиваются, не любят. Они лишь существуют в своих замкнутых мирах, как в скорлупе. Гоголь с грустью и горькой усмешкой говорит нам: вот что происходит с человеком, когда в нем гаснет искра жизни, интерес к миру, стремление к чему-то высокому. Он становится «мертвой душой».
Поэма заканчивается знаменитым образом птицы-тройки, несущейся вдаль. Этот яркий, полный жизни и движения образ резко контрастирует со статичными, застывшими мирами помещиков. Кажется, Гоголь оставляет нам надежду, показывая, что Россия, ее просторы и потенциальная сила — живы. Но люди, которые должны ей управлять, часто оказываются похожими на этих самых помещиков — духовно спящими или умершими. И в этом — главная трагедия и главный урок бессмертной поэмы «Мертвые души»