Сочинение Что сближает автора и героя в романе «Герой нашего времени»

Бывают книги, которые прочитал и просто закрыл – узнал историю, получил удовольствие или нет, и поставил на полку. Но роман Михаила Юрьевича Лермонтова «Герой нашего времени» – совсем другой. Он будто не отпускает. Читая его, постоянно чувствуется, что между автором и его странным, противоречивым героем Печориным существует какая-то глубокая, невидимая связь. Они не одно лицо, но их души говорят на одном языке. Что же сближает Лермонтова и Печорина? Почему автор, создавая образ «героя своего времени», вложил в него так много собственных переживаний и мыслей?
Первое и самое очевидное – это время, в котором они живут. Лермонтов писал роман в 1830-х годах, после эпохи надежд и восстаний, после разгрома декабристов. Это было время «жестокого века», как писал сам поэт. В обществе чувствовалась глухая тоска, безысходность, неверие в возможность изменить что-то. Молодые, умные, образованные люди, подобные Лермонтову, чувствовали себя лишними, неспособными найти свое место. Их энергия и талант не находили настоящего применения. Именно таким и является Печорин. Он не злодей, он умён, смел, наблюдателен. Но все его действия – будто бег по кругу, игры со жизнью и чувствами других людей, которые приводят лишь к новым разочарованиям. Лермонтов, наблюдая это в реальном мире, создал литературный образ, который стал зеркалом для целого поколения. Автор и герой сближены общим ощущением исторической безнадежности, грузом времени, которое их сформировало и которое они не могут преодолеть.
Но есть и что-то более глубокое, личное. Вспомним, что Лермонтов был человеком исключительно сложным и рано созревшим. Он потерял мать в детстве, рос в противоречивых отношениях с бабушкой, был очень самолюбив и легко раним. Его душа с ранних лет знала чувства тоски, одиночества, раннего скептицизма. В своих стихах он часто говорит о «буре чувств», о внутренней пустоте, о жажде деятельности и невозможности её найти. Всё это с поразительной точностью перенесено в душу Печорина. Ведь главное в Печорине – не его внешние поступки, а его внутренний мир, который мы видим в «Журнале Печорина», особенно в части «Фаталист». Он постоянно анализирует себя, свою холодность, свою неспособность любить искренне. «Я иногда себя презираю…» – признается он. Это не просто характер литературного героя, это исповедь, в которой звучит голос самого Лермонтова. Автор сближается с героем через эту общую внутреннюю боль, через болезненное самопознание, через постоянный вопрос: «Зачем я жил? Для какой цели я родился?»
Их сближает ещё одно важное качество – обострённое, почти болезненное чувство свободы. Лермонтов всю жизнь боролся с условностями, с властью, с ограничениями. Его стихи – вызов. Печорин тоже – человек абсолютно свободный в своих мыслях и, как он считает, в своих поступках. Он не подчиняется общественным правилам, он играет с ними. Он уходит от любви, если чувствует, что она может сделать его зависимым, как в случае с Верой. Он убивает Грушницкого на дуэли, потому что тот стал для него символом фальши и ограничения его собственной игры. Но парадокс, который понимает и автор, и герой, заключается в том, что эта абсолютная свобода становится их тюрьмой. Печорин свободен, но эта свобода пуста. Он, как ветер, может двигаться в любом направлении, но не имеет цели. Лермонтов, через своего героя, показывает трагедию личности, которая вырвалась из оков общества, но не нашла, чем заполнить эту вырванную пустоту. Их сближает это трагическое понимание: свобода без высокой цели и любви превращается в одиночество и саморазрушение.
Ещё одна точка сближения – отношение к любви и женщинам. Лермонтов в жизни, как известно из воспоминаний, был человеком страстным, но его отношения часто были мучительными и не приводили к счастью. В его поэзии любовь часто связана с страданием, с разлукой, с невозможностью соединения. Печорин в романе – мастер любовных игр, но совершенно неспособен к настоящей, глубокой любви. Он анализирует чувства Бэлы, княжны Мери, даже своей давней любви Веры, как научный эксперимент. Он разбивает сердца, чтобы убедиться в своей власти, или просто чтобы заполнить время. Но в момент, когда Вера уезжает, он, бросившись её догонять, падает и плачет – и это единственный момент настоящей, неконтролируемой эмоции в романе. В этом сцена Лермонтов показывает, что даже в таком холодном аналитике, как Печорин, живет способность чувствовать, которая подавлена, но не убита. Это, вероятно, было и собственным чувством автора: глубина переживаний, скрытая под маской холодности и насмешки. Они сближены этим противоречием между внешней игрой и внутренней, часто скрытой, душевной болью.
Наконесть, самое важное, что делает Лермонтова и Печорина почти родственными душами, – это их роль наблюдателей и «фаталистов». Лермонтов был не просто поэтом, он был удивительно точным наблюдателем человеческой природы и социальной жизни. Печорин в романе тоже постоянно наблюдает: Грушницкого, «водяное общество», горцев, даже себя – как сторонний наблюдатель. Он пишет журнал, потому что ему интересно изучать свою собственную жизнь как явление. В главе «Фаталист» этот аналитический взгляд достигает предела: Печорин ставит эксперимент на жизнь, проверяя идею предопределения. Лермонтов, человек глубоко мыслящий и также задававшийся философскими вопросами о судьбе, воле и смерти, вкладывает в эту часть романа свои собственные размышления. Фатализм Печорина – не просто игра, это серьёзное, почти болезненное желание понять, управляет ли человек своей жизнью или он лишь пешка. Автор сближается с героем именно в этой точке максимальной интеллектуальной и духовной напряженности.
Но было ли между ними полное совпадение? Нет, и это важно понимать. Лермонтов создал Печорина не как свой портрет, но как образ, в котором собраны черты времени и, конечно, часть его собственной души. Однако Лермонтов как автор находится выше своего героя. Он его анализирует, показывает его трагедию, и даже, возможно, судит его. В предисловии к роману Лермонтов говорит, что это «портрет, составленный из пороков всего нашего поколения». Он видит в Печорине болезнь, которую нужно показать, чтобы, возможно, найти лечение. Печорин же не способен на такой высший взгляд на себя. Он аналитик, но не врач. Он изучает свою болезнь, но не может её исцелить. Таким образом, Лермонтов сближается с Печорином как с пациентом, чью болезнь он знает изнутри, но как автор и мыслитель он уже сделал шаг дальше – к диагнозу.
В итоге, роман «Герой нашего времени» становится не просто книгой о сложном человеке. Он становится глубоким разговором автора с самим собой и со своим поколением. Лермонтов и Печорин сближены временем, внутренней болью, жаждой свободы, сложными чувствами, аналитическим умом и фаталистическими размышлениями. Но Лермонтов, создавая этот образ, сделал то, чего Печорин не мог – он дал ему имя, форму, и представил его миру как вопрос, требующий ответа. Читая роман, мы чувствуем эту напряженную связь, эту почти болезненную близость. И через это понимаем не только Печорина, но и самого Лермонтова – поэта, который, прожив короткую жизнь, смог заглянуть в самые глубокие и темные уголки человеческой души своего времени и своей собственной. Именно это сближение автора и героя делает роман таким живым, таким тревожным и таким вечным – будто он написан не просто пером, а самой кровью сердца.