Сочинение В чем проблема героев в пьесе вишневый сад

Каждый раз, когда я читаю или смотрю «Вишнёвый сад» Чехова, мне кажется, что я слышу тихий, печальный звон разбитого хрусталя. Это звон уходящей эпохи, прошлой жизни. И главная проблема всех героев этой удивительной пьесы, на мой взгляд, в том, что они не могут этот звон услышать по-настоящему. Они живут как будто в разных мирах, не замечая, что почва уходит у них из-под ног. Их проблемы — это проблемы непонимания времени, себя и друг друга.
Возьмём Раневскую и Гаева. Они будто застряли в прекрасном прошлом, как бабочки в янтаре. Для них вишнёвый сад — это не земля, не деревья, которые можно продать или вырубить. Это их детство, нежные белые цветы, покойное дворянское гнездо. Любовь Андреевна плачет, вспоминая, как маленькой девочкой бегала по этим аллеям. Гаев с нежностью обращается к старому книжному шкафу, как к верному другу. Их проблема — в полной неприспособленности к настоящему. Они привыкли, что деньги есть сами по себе, что жизнь — это красота, чувства, разговоры. Они щедры до расточительности, добры, но их доброта часто бесполезна. Они говорят о спасении сада, но не делают ничего реального. Предложение Лопахина сдать землю в аренду под дачи кажется им пошлым, невозможным. Они ждут чуда, какого-то наследства или выгодной партии для Ани. А время не ждёт. Их трагедия в том, что они слишком красивы для грубого мира наживы, но и слишком беспомощны, чтобы в нём выжить. Они не борются — они тоскуют.
Совсем другой человек — Лопахин. Его отец был крепостным у отца Раневской, а сам он разбогател, стал купцом. Он деятелен, энергичен, он чувствует пульс времени. Он точно знает, что нужно делать: рубить старый сад, строить дачи, получать доход. Его проблема — внутренняя раздвоенность. Он искренне любит Раневскую, благодарен ей, хочет помочь. Он умоляет её прислушаться к его совету. Но когда сад покупает он сам, в нём просыпается другая натура — торжествующего хозяина, который может позволить себе всё. «За всё могу заплатить!» — кричит он. В этот момент он мстит прошлому, тому унижению, которое, может быть, даже не он, а его отец чувствовал. Лопахин — человек настоящего, практик. Но он несчастен. Он понимает, что рубит не просто деревья, а красоту, память. Он чувствует, что его жизнь «дурно пахнет» наживой, и мечтает о другой, большой и ясной. Но вырваться из этого круга он не может. Его проблема в том, что он разрушает то, что любит, и не знает, как создать что-то по-настоящему своё, не только profitable — прибыльное, но и прекрасное.
Молодое поколение — Аня и Петя Трофимов — представляют будущее. Петя — «вечный студент», который всё критикует и говорит высокие слова о новой жизни, о труде, о том, что «вся Россия — наш сад». Он умён, честен, не хочет мириться с несправедливостью старого мира. Но в этом и его проблема. Он слишком много говорит и слишком мало делает. Он обличает праздность дворян, но сам живёт в имении, не работает. Он призывает к труду, но какой именно — непонятно. Его идеи красивы, но расплывчаты, как туман. Иногда кажется, что он любит не живых людей, а свои идеи о них. Аня же, семнадцатилетняя девочка, искренне увлеклась этими идеями. Её проблема — наивность. Она легко отказывается от сада, от прошлого. «Мы насадим новый сад, роскошнее этого», — говорит она матери. Но что это за сад? Как его вырастить? Она верит Пете, верит в светлое завтра, но у неё нет никакого опыта, никакого понимания, какой ценой это завтра даётся. Их сила — в вере и надежде. Их слабость — в отрыве от реальности, в той же мечтательности, но только повёрнутой в будущее, а не в прошлое.
А есть ещё второстепенные герои, у которых свои беды. Шарлотта — бродячая гувернантка, которая не знает, кто она и зачем живёт. Она показывает фокусы и говорит, что у неё нет паспорта. Её проблема — абсолютное одиночество и потерянность в мире. Епиходов с его вечными неудачами и гитарой — это карикатура на несчастного человека, над которым все смеются. Его «двадцать два несчастья» — это знак общей нескладности, разлада жизни. Старый лакей Фирс — живой призрак прошлого. Он всё помнит, как было при крепостном праве, и для него освобождение крестьян — это «несчастье». Его проблема в том, что он пережил свою эпоху, он никому не нужен, и в финале пьесы его забывают в заколоченном доме. Он — символ того самого прошлого, которое так хотят забыть или продать, но которое тихо умирает в одиночестве.
Так в чём же общая проблема? Мне кажется, Чехов показал нам людей на перепутье. Старый мир — дворянский, усадебный, красивый, но беспомощный — рушится. Новый мир — деловой, грубый, активный — наступает, но он бездуховен и тоже несчастлив. А мечты о прекрасном будущем пока что — лишь слова. Все герои глухи друг к другу. Они говорят, но не слышат. Они любят, но не могут помочь. Они мечтают, но не действуют. Вишнёвый сад — это прекрасный символ России, родины, красоты, памяти. И проблема в том, что для одних это лишь воспоминание, для других — капитал, а для третьих — абстрактная идея. Никто не может найти гармонии, спасти сад не как память и не как деньги, а как живое целое.
В финале мы слышим стук топора. Это самый страшный звук во всей пьесе. Он ставит точку. Сад вырубают. Прошлое уничтожено. Будущее ещё не наступило. На сцене остаётся один забытый Фирс. И в этой тишине после стука топора звучит вопрос, который Чехов задаёт и нам: а что же дальше? Как жить, чтобы не терять красоту прошлого, но и не бояться будущего? Как соединить практический ум с тонкой душой? Герои «Вишнёвого сада» не нашли ответа. Их проблема так и осталась нерешённой. Возможно, искать этот ответ должно уже следующему поколению — тем, кто будет читать эту печальную и мудрую пьесу и задумываться над судьбой своего собственного «вишнёвого сада»