Сочинение. Общие впечатления о книге Гоголя «Шинель»

Когда я впервые взял в руки тоненькую книжку с названием «Шинель», мне показалось, что ничего особенного в ней не будет. Такие маленькие книжки мы обычно читаем быстро и забываем. Но Гоголь оказался писателем удивительным: он сумел на нескольких десятках страниц рассказать историю, которая засела у меня в сердце надолго, о которой я продолжаю думать даже сейчас, когда уже закрыл последнюю страницу.
Это история про самого обычного, ничем не примечательного человека — Акакия Акакиевича Башмачкина. С первых строк становится ясно, что он — «вечный титулярный советник». Эти слова звучат как приговор. Он не стремится к карьере, не мечтает о богатстве или славе. Вся его жизнь — это переписывание бумаг в одном из петербургских департаментов. Он делает это с такой любовью и старанием, будто это самое важное дело на свете. Буквы для него — не просто знаки, а почти живые существа. Он находит в этой монотонной работе свой особый, тихий мир, в котором ему спокойно и хорошо. Коллеги над ним смеются, подшучивают, сыплют ему на голову бумажки, но Акакий Акакиевич лишь кротко просит: «Оставьте меня, зачем вы меня обижаете?» В этой фразе — вся его беззащитность перед жестокостью мира.
И вот в этой серой, унылой жизни появляется цель, которая становится для него смыслом существования. Старая шинель, которую он носил, окончательно истлела и перестала греть. Петербургские морозы безжалостны, и портной объявляет, что починить её уже невозможно. Нужна новая. Цена в восемьдесят рублей для Акакия Акакиевича кажется целым состоянием. Но он решается. Он начинает жить этой мечтой. Он отказывает себе во всём: не зажигает по вечерам свечи, ходит на цыпочках, чтобы не изнашивать подмётки, реже отдаёт прачке бельё. Каждая сэкономленная копейка приближает его к заветной цели. Это время, странным образом, становится, наверное, самым счастливым в его жизни. Он живёт будущим, и это будущее светло и определённо — в нём есть тёплая, новая шинель на толстой вате.
Описание того, как он наконец идёт к портному за готовой вещью, как надевает её, — это описание настоящего торжества. Новая шинель меняет всё: коллеги вдруг замечают его, поздравляют, даже устраивают в его честь вечеринку. Для Акакия Акакиевича это не просто одежда, это символ его человеческого достоинства, которое, кажется, наконец-то признали окружающие. В этот вечер он чувствует себя почти счастливым. Но Гоголь не зря создаёт эту радость — чтобы потом обрушить её с такой силой, от которой сжимается сердце.
Возвращаясь с вечеринки через тёмные, пустынные улицы Петербурга, Акакий Акакиевич подвергается нападению. У него отнимают его сокровище, его шинель. Это не просто грабёж — это крах всего его маленького мира. Он в отчаянии пытается найти правду, обращается к частному приставу, к «значительному лицу». И здесь Гоголь показывает нам другую сторону жизни — холодную, бездушную, бюрократическую. Чиновникам нет дела до горя маленького человека. «Значительное лицо», ещё недавно бывшее таким же мелким чиновником, кричит на него, топает ногами, чтобы показать свою важность. Для системы Акакий Акакиевич — никто, пыль, винтик, о котором не стоит беспокоиться.
Отчаяние, холод и потрясение убивают Акакия Акакиевича. Он умирает, так и не добившись справедливости. Казалось бы, на этом история могла бы закончиться — печальная история о забитом и несчастном человеке. Но Гоголь — мастер неожиданных поворотов. После смерти Акакия Акакиевича по Петербургу начинает бродить призрак, который срывает шинели с прохожих. И в конце концов этот призрак находит того самого «значительное лицо» и отбирает у него его дорогую шинель. После этой встречи чиновник становится тише и добрее, реже кричит на подчинённых. Месть свершилась.
Когда я дочитал до конца, у меня осталось смешанное чувство грусти и тревоги. Грусти — потому что жаль этого безобидного, кроткого человека, который всего лишь хотел тепла и уважения. Тревоги — потому что я начал задумываться: а ведь таких «маленьких людей» вокруг нас очень много. Не в буквальном смысле чиновников, а тех, кого мы не замечаем, над кем можем невольно посмеяться, к чьим проблемам можем отнестись свысока. Уборщица в школе, курьер, который привозит пиццу, тихий одноклассник, который всегда сидит в углу. У каждого из них своя жизнь, свои мечты, своя «шинель», которую они, возможно, копят годами. А мы часто проходим мимо, не видя в них личностей.
Гоголь, мне кажется, хотел нам сказать очень важную вещь: не бывает «маленьких» и «незначительных» людей. Каждый человек — это целый мир. И то, как мы относимся к самым незаметным и беззащитным, показывает, кто мы есть на самом деле. История Акакия Акакиевича — это не только история о социальной несправедливости в России XIX века. Это история о человеческом равнодушии, которое страшнее любого мороза.
Меня также поразил язык Гоголя. Он пишет то с грустной улыбкой, то с едкой иронией, то с настоящей болью. Описание Петербурга — не парадного, с дворцами и набережными, а того, что скрыто за фасадами: туманного, холодного, ветреного — создаёт ощущение безысходности. Этот город сам становится действующим лицом, бездушным и равнодушным, как и большинство его обитателей.
«Шинель» — это книга, после которой хочется быть добрее. Оглянуться вокруг и, может быть, улыбнуться тому, кого обычно не замечаешь. Спросить, как дела, помочь донести сумку, просто не пройти мимо. Потому что никто из нас не застрахован от того, чтобы однажды не почувствовать себя на месте Акакия Акакиевича — замерзающим, одиноким и никому не нужным в огромном, холодном мире. И в этот момент добрая рука, протянутая вовремя, может стать той самой спасительной «шинелью», которая согреет и спасёт.
Эта небольшая книжка Гоголя учит великому состраданию. Она напоминает, что за каждым лицом в толпе — своя история, своя борьба и своя мечта. И что иногда самое большое геройство — это не совершить подвиг, а просто увидеть в другом человека и отнестись к нему по-человечески. Я очень рад, что прочитал эту повесть. Она останется со мной надолго как важный урок, преподанный не скучной лекцией, а через судьбу одного тихого чиновника с его большой и такой понятной каждому мечтой.