Сочинение Видение современного искусства

Я возвращался из школы обычным октябрьским вечером. Дождь моросил, небо висело серым одеялом, и настроение было под стать погоде — скучное, тягучее, как школьный урок после обеда. Дома, как всегда, было шумно: младший брат играл в приставку, мама говорила по телефону, папа стучал молотком в коридоре, прибивая полку. И вдруг я увидел её — картину.
Она стояла, прислоненная к стене, в простой деревянной раме. Мама принесла её с работы, сказала, что это подарок от художника, её коллеги по университету. Я сначала даже не понял, что это картина. На меня смотрело большое, почти в метр шириной, полотно. Но смотрело с вызовом. Это не был пейзаж с берёзками или натюрморт с яблоками, какие мы проходили в седьмом классе на уроках рисования. Там было всё по-другому. На ярко-синем фоне, таком густом, что казалось, я сейчас утону в этом цвете, плавали какие-то обрывки, линии и тени. Одно большое пятно было цвета ржавчины, другое — грязно-бежевое, как старый бинт. В правом углу кто-то небрежно, как будто в гневе, провёл кистью, оставив полосу, похожую на трещину или молнию. Я стоял и смотрел. И ничего не понимал.
«И это называют искусством?» — подумал я тогда. — «Я бы и сам так смог. Накалякал бы красками, и пошёл бы гулять». Мне стало почти обидно. Ведь есть же Левитан, Саврасов, Репин. У нас в кабинете литературы висела репродукция картины Перова «Тройка». Там всё было понятно: грустные дети везут бочку с водой, ветер, холод, грязь, сочувствие сжимает сердце. А тут — просто синее и ржавое. Где тут душа? Где смысл? Мне казалось, что современное искусство — это обман, что художники просто ленятся и выдают за шедевр то, что у них получилось случайно, когда они испачкали холст. Я даже хотел сказать маме, что эту «мазню» надо отнести в чулан, чтобы она не мозолила глаза.
Но она осталась висеть. И вот тут началось самое интересное. Прошла неделя, и я стал замечать, что мои глаза невольно на неё возвращаются. Сначала я просто смотрел и раздражался. Потом начал всматриваться. Там, в этом синем, я вдруг увидел не просто цвет, а глубину. Казалось, что за этим синим пятном скрывается космос, ночная бесконечность, из которой вот-вот вынырнет звезда. А ржавое пятно... Оно начинало дышать. Я представил, как оно похоже на старый лист, который не хочет падать с дерева. Или на рыжий костёр, который догорел, но всё ещё хранит тепло. Полоса-трещина стала мне казаться дорогой, уходящей в туман. Каждый день я находил в этой картине что-то новое. Она менялась в зависимости от освещения. Утром, когда солнце светило сбоку, она была мягкой и задумчивой. Вечером, при свете лампы — жёсткой и тревожной.
Я понял одну простую, но важную вещь. Современное искусство — это не про то, чтобы тебе всё разжевали и положили в рот. Это не иллюстрация к учебнику истории. Это — зеркало. Но не то зеркало, в котором ты видишь своё лицо, а такое магическое зеркало, в котором ты видишь то, что у тебя внутри. Когда смотришь на картину классическую, ты чаще всего видишь то, что хотел сказать художник: страдание крестьян, красоту природы, величие портрета. А когда смотришь на современное полотно, ты видишь себя. Почему мне сначала эта картина не понравилась? Потому что я был в плохом настроении, замкнутый и не желающий видеть новое. А потом, когда я успокоился, когда я разрешил себе не понять, а почувствовать, она стала моей.
В прошлое воскресенье я сам пошёл в Музей современного искусства. Это было моё собственное желание. Я бродил по залам, где были странные скульптуры из проволоки, инсталляции из старых телевизоров и огромные размалёванные холсты. Я смотрел на них и не пытался найти ответ. Я просто смотрел. И знаете, удивительная вещь: некоторые работы по-прежнему казались мне пустыми и холодными. Я проходил мимо них, и ничего не чувствовал. Это как люди: с одним ты можешь поговорить о чём угодно, и тебе будет интересно, а другой говорит со стеной. Но были и другие — те, от которых у меня внутри что-то отзывалось. Одна работа называлась «Эхо города». Это была куча старых, смятых газет, скреплённых между собой гипсом, и из этой кучи торчал велосипедный руль. Звучит глупо, правда? А я стоял и слышал шум улицы, гудки машин, шаги прохожих. Я видел, как человек устал от каменных джунглей. И я понял, что такое «Видение». Это не то, что ты видишь глазами. Это то, что ты видишь душой.
Сейчас я прихожу из школы, сажусь на диван и смотрю на нашу «мазню». Мама думает, что я просто отдыхаю. Но я на самом деле изучаю. Я понял, что современное искусство — это очень честное искусство. Оно не врёт. В нём нет притворства. Классика прекрасна, она — школа вкуса и гармонии. Но современное искусство — это про сегодня. Про меня. Мои мысли — такие же рваные и не всегда понятные, как те линии на холсте. Мои чувства — такие же яркие, иногда тёмные, как синева на картине. Это искусство говорит со мной на языке моего поколения. Оно не боится быть странным, некрасивым, нелепым. Оно боится только одного — быть скучным и равнодушным.
Вот и всё моё видение. Оно изменилось. Раньше я думал, что искусство — это то, что красиво. А теперь я знаю, что искусство — это то, что не даёт тебе заснуть душой. Это то, что заставляет тебя думать, чувствовать, спорить с самим собой. И даже если ты ничего не понял, а просто остановился перед картиной и замер на минуту — это уже чудо. Потому что в эту минуту ты живёшь по-настоящему. И кто знает, может быть, когда я вырасту, я тоже попробую написать такое синее полотно. Или даже лучше — не синее, а малиновое. И пусть все ищут в нём бабочек. А я просто оставлю там свой след — застывшее мгновение сегодняшнего дня.