Сочинение Представь себя в роли космонавта, облетевшего Землю

Старт — это самое странное чувство. Ты лежишь в кресле, пристёгнутый ремнями, и тебя начинает трясти. Сначала мелко, потом всё сильнее, и вдруг — грохот. Такой сильный, что, кажется, кости вибрируют. Я сжимал подлокотники до побелевших костяшек и чувствовал, как огромная сила вдавливает меня в кресло. Тело стало тяжёлым-тяжёлым, как будто на грудь положили бетонную плиту. Дышать было трудно, а в глазах на секунду потемнело. Я успел подумать: «Всё, сейчас развалимся». Но не развалились. Тряска стала стихать, а тяжесть — уходить. И вдруг наступила тишина. Абсолютная, звенящая тишина. И я понял: я в космосе. Вторая мысль была обидной: «Почему я не взял с собой бутерброд?».
Потом я отстегнулся. И вот тут началось самое весёлое. Я попробовал встать, но не смог понять, где верх, а где низ. Тело стало ватным, руки и ноги болтались как у тряпичной куклы. Я хотел взять карандаш, который висел в воздухе, но промахнулся, и меня самого развернуло вверх тормашками. Пока я пытался принять нормальное положение, я смеялся, как ненормальный. Оказывается, в невесомости очень трудно удержать равновесие, но зато можно перелететь из одного угла отсека в другой, просто оттолкнувшись пальцем от стены. Я представил, как здорово было бы играть здесь в прятки или в догонялки. Но тут я вспомнил, что я серьёзный космонавт, и мне нужно работать, а не дурачиться.
Я подплыл к иллюминатору. Честное слово, я не ожидал, что увижу такое. Мы привыкли видеть небо голубым, а космос — чёрным. Но на самом деле космос — это не чёрный цвет, это цвет бесконечности. Абсолютная, непроглядная чернота, в которой разбросаны миллионы алмазных точек — звёзд. Они не мигают, как на Земле, а горят ровным, холодным, немигающим светом. И на фоне этой бесконечной черноты висит ОНА. Наша Земля. Голубой, белый, зелёный шар. Такой хрупкий, такой красивый, что у меня перехватило дыхание.
Я видел континенты и океаны. Атлантика блестела, как мокрая дорога. Африка была жёлто-коричневой, с зелёными пятнами джунглей на экваторе. Европа и Азия — белые от облаков. А ледники Антарктиды сверкали так, что было больно смотреть. Я прижался лицом к стеклу и пытался разглядеть свой город. Это было глупо, конечно. Города не видно, когда летишь на высоте четыреста километров. Но я знал, что он где-то там, на этой крошечной планете. Там моя школа, мой дом, мои родители. Там мой двор, где мы играли в футбол.
Самое потрясающее — это скорость. Вы не представляете, как быстро движется космическая станция. Мы облетаем Землю за полтора часа. Полтора часа! За это время можно один раз посмотреть фильм, а мы — вокруг целой планеты. Я видел восход Солнца. Шестнадцать раз за сутки. Солнце в космосе не восходит медленно, как на Земле. Оно просто вспыхивает за краем планеты. Сначала появляется тонкая оранжевая ниточка, потом она превращается в огненную дугу, и вдруг весь космос заливает ослепительным золотым светом. И сразу же от Земли отрывается тень — длинная, чёрная, стремительная. Это так красиво, что хочется плакать.
Но было и страшно. Один раз я смотрел вниз, прямо в бездну, и меня охватил ужас. Мы висим в пустоте. Там, внизу, за тонкой стенкой корабля — вакуум, смерть, холод. А здесь, внутри — жизнь. Я чувствовал себя песчинкой, которая затерялась в бескрайнем океане. В тот момент я понял, как мы все малы и как мы все дороги друг другу. Ссоры, обиды, двойки в школе — всё это кажется таким глупым, когда видишь, что вся наша огромная, шумная, разноцветная Земля — это просто маленький голубой шарик, который одиноко летит в чёрной пустоте.
Я запомнил ещё одну вещь. Границ. Их не видно. Нет никаких линий, которые делят Землю на страны. Я смотрел на Европу, и она была одним целым: леса плавно переходили в степи, степи — в горы. Нет на карте звезд, которые показывают, где кончается Россия и начинается Китай или Америка. Это придумали люди. А на самом деле мы все живём на одном корабле, который называется Земля. И если этот корабль потерпит крушение, все полетят в бездну вместе — и русские, и американцы, и китайцы. Нам нужно беречь его.
Не помню, сколько времени я провел у иллюминатора. Часы, наверное. Я просто смотрел, как проплывают материки, как меняются океаны, как загораются и гаснут огни больших городов на ночной стороне. Внизу была красота, которая захватывала дух. А здесь, в корабле, было тепло, тесно и по-домашнему уютно.
Когда наступило время возвращаться, мне стало грустно. Я не хотел покидать эту бесконечную черноту. Но внутри меня жило одно очень важное чувство. Я… полюбил Землю. Не просто как место, где я живу, а как живое существо. Я понял, что обязан рассказать всем, какой она красивая, хрупкая и единственная. Что её нужно беречь, как самый дорогой подарок.
Спуск был ещё страшнее старта. Опять тряска, опять жар, пылающая плазма за иллюминатором, и дикая перегрузка, когда кажется, что тебя раздавливают. Но вот раскрылся парашют, и нас мягко качнуло. Удар. Тишина. Запах степи. Я открыл люк. В лицо ударил горячий летний ветер. Я вдохнул запах травы и пыли. Самая вкусная вещь в мире — это воздух планеты Земля. Я ступил на землю. Ноги были ватными, но я стоял. Дома. Теперь я точно знаю: больше всего на свете я люблю этот запах, этот ветер и голубое небо у себя над головой, потому что я видел, что находится за ним. Космос прекрасен, но наш настоящий дом — это Земля. И ради того, чтобы это понять, стоило лететь.