Характеристика Коробочки и Ноздрева из произведения «Мертвые души»

В галерее помещиков, которую создал Гоголь в поэме «Мертвые души», каждый герой — это не просто отдельный человек, а целая история о том, как можно погубить свою душу. Среди них особенно запоминаются два совершенно не похожих друг на друга персонажа: Настасья Петровна Коробочка и Михаил Семенович Ноздрев. Они как две противоположности, но если присмотреться, то и тот, и другой застряли в своем маленьком мире, из которого нет выхода в настоящую жизнь.
Когда читаешь про Коробочку, сразу представляешь себе какую-то старую, запылившуюся шкатулку, в которой лежат разные ненужные вещицы. Она вся какая-то домашняя, уютная, но этот уют — душный и тяжелый. Ее мир сжимается до размеров ее деревушки, где все вертится вокруг кур, поросят и медовых запасов. Гоголь называет ее «дубиноголовой», и это очень точное слово. Она не злая, нет. Она даже гостеприимная: предложила Чичикову переночевать, угостила его разными соленьями. Но в ее голове, как в том самом погребе с вареньями, все разложено по полочкам и намертво закупорено. Для нее нет ничего важнее хозяйства, и любое новое событие она примеряет только к своей системе «продать-купить». Чичиков предлагает ей мертвые души — она не понимает, зачем это нужно, но боится продешевить. Это не просто глупость, это какая-то нечеловеческая ограниченность. Она не видит за мешком с деньгами и будущим урожаем ничего остального. Ее «душа» как этот старый, проеденный молью салоп — теплый и привычный, но совершенно никчемный для настоящей жизни. Даже ее подарки Чичикову — птичьи перья — кажутся символом ее собственного ничтожества, ведь она сама похожа на наседку, которая не может взлететь.
А Ноздрев — это полная противоположность. Он шумный, энергичный, от него пахнет табаком, водкой и картами. Он везде, он все время что-то предлагает, куда-то зовет. Кажется, что он живет полной жизнью. Но это только кажется. Его энергия не имеет ни цели, ни направления. Он не «дубиноголовая», он — «исторический человек», как говорит о нем автор. Это значит, что с ним обязательно что-нибудь случается: то его выводят из жандармской, то он проигрывается в пух и прах, то устраивает драку. Его главная страсть — врать и хвастаться. Он показывает Чичикову своих лошадей, собаку, какой-то «настоящий» турецкий кинжал, на котором написано «мастер Савелий Сибиряков». Он врет так вдохновенно, что сам начинает верить в свою ложь. Его мир — это вечный праздник, карнавал, где все перемешано: лошади, шампанское, шарманка, обеды, которые неведомо из чего сварены.
Но если Коробочка — это застой, то Ноздрев — это бессмысленное движение. Он не может остановиться ни на минуту. Его дом похож на постоялый двор, где все временное: обои то ли наклеены, то ли нет, в конюшне лошади, которых он завтра продаст или проиграет. В нем нет ничего постоянного, никакого корня. Он — пустота, которая маскируется под веселье. В разговоре с Чичиковым он то соглашается продать души, то начинает их выменивать на лошадей, то предлагает сыграть в шашки, при этом, конечно, жульничая. Он не может даже построить нормальный диалог. Его душа — это проходной двор, куда залетают самые разные мысли, не задерживаясь. И самое страшное, что он, в отличие от Коробочки, которая хотя бы боится продешевить и что-то потерять, не дорожит вообще ничем. Ни вещами, ни людьми, ни честью. Это человек без тормозов и без стыда.
Гоголь показывает нам два варианта гибели души. Коробочка — это когда душа засыпает, покрывается плесенью, превращается в склад ненужных вещей. Она не летит вверх, не стремится к прекрасному, она просто копит и копит, все глубже зарываясь в свою нору. Она похожа на муху, которая попала в мед и завязла в сладкой трясине. Ноздрев же — душа, которая разлетается на куски. Он как фейерверк, который шумит, сверкает, но оставляет после себя лишь пепел и вонь. Он не накапливает, а растрачивает себя. Но и в том, и в другом случае — это смерть. Мертвая душа — это не обязательно про скупердяя или про разбойника. Это про человека, у которого нет внутреннего содержания. У Коробочки есть форма — ее хозяйство, ее уклад. У Ноздрева есть форма — его бурная деятельность. Но за этой формой нет ничего человеческого, ничего настоящего, за что могло бы зацепиться сердце.
В конце концов, оба они — часть того мира, который разъедает Россию, как ржавчина. Один — как тягучая плесень, другой — как бестолковый и разрушительный ветер. Чичиков, который сам тоже не идеал, чувствует себя неловко и с тем, и с другим. С Коробочкой — утомительно и тоскливо, потому что приходится тратить время на бессмысленные уговоры. С Ноздревым — страшно и противно, потому что он не умеет держать слово, и никогда не знаешь, что от него ожидать: то ли драку, то ли донос. Так Гоголь показывает нам, что нет хороших помещиков. Каждый из них — это зеркало, в котором отражается какая-то часть того разложения, которое поразило души русских дворян. И Коробочка, и Ноздрев — это не просто смешные или отталкивающие персонажи. Это предупреждение всем нам, что душа, которая не живет высокой целью, которая застряла в мелочах или в пустом веселье, неизбежно становится мертвой. И в этом, наверное, главная сила гоголевского смеха — он заставляет нас задуматься о том, не стали ли мы сами немножко Коробочкой или Ноздревым в нашей суетной жизни.