Сочинение Философия С. Сонтаг «Болезнь как метафора»

Когда я впервые взял в руки книгу Сьюзен Сонтаг «Болезнь как метафора», меня поразило само название. Как болезнь может быть метафорой? Разве это не просто физическое страдание, несправедливая поломка организма? Но Сонтаг, с удивительной прозрачностью и точностью, показала, что человеческое сознание не терпит пустоты. Когда мы сталкиваемся с чем-то страшным и необъяснимым, особенно с тяжелой болезнью, мы пытаемся надеть на нее маску, придумать ей историю, найти в ней тайный смысл. И часто эта маска — метафора — оказывается страшнее самой болезни. Автор призывает нас снять эти маски, чтобы не мучить больных вдвойне.
Сонтаг пишет о двух главных «метафорических» болезнях девятнадцатого и двадцатого веков: туберкулезе и раке. Раньше, когда люди не знали истинной причины чахотки, она стала романтической болезнью. Чахоточные героини в книгах — бледные, задумчивые, с тонкими чертами лица — казались одухотворенными, «сгорающими» от внутреннего огня страсти или таланта. Болезнь воспринималась как признак утонченности, особой чувствительности. Казалось, что человек сам, силой своей меланхолии или творческого вдохновения, вызывает эту болезнь. Это было возвышенно, но, по сути, жестоко: больному приписывали ответственность за его страдания, а саму смерть превращали в эстетическое зрелище.
Век двадцатый принес новую метафору — рак. И эта метафора была совершенно иной. Вместо романтического ореола — ужас, тайна и стыд. О раке говорили шепотом, как о чем-то неприличном, почти как о проклятии. Если чахотка была «болезнью-бабочкой», то рак стал «болезнью-монстром», который вторгается в организм изнутри, пожирает его. Сонтаг замечает, что язык, которым описывают рак, — это язык войны: «вторжение», «осада», «уничтожение». Организм больного превращается в поле битвы, а сам он — в проигравшую сторону. Самое ужасное, что в этой метафоре снова виноват сам человек. Рак стали связывать с подавленными эмоциями, с неправильным образом жизни, с неспособностью «выплеснуть гнев». Получалось, что если ты заболел, то ты сам подавил свои чувства, сам не смог расслабиться, сам не заметил, как в твоем характере зародилась болезнь. Какое страшное бремя!
Меня больше всего потрясла мысль Сонтаг о том, что эти метафоры работают как механизм изоляции. Общество боится заразы, но боится не столько микробов, сколько самого понятия болезни. Метафора позволяет нам отгородиться от больного: «Он болен, потому что он странный, или злой, или слишком страстный». Это дает нам иллюзию контроля. Мы думаем: «Я не такой, я не подавляю эмоции, я веду правильный образ жизни, значит, меня эта напасть не коснется». Но это ложь. Болезнь не выбирает по моральным качествам. Навешивая на болезнь ярлык «наказания» или «роковой тайны», мы не защищаем себя, а только убиваем надежду и достоинство тех, кто уже страдает.
Сонтаг показывает, что это не просто старые суеверия. Этот механизм жив и сегодня. Вспомните, как мы говорим о СПИДе, о депрессии, о любых неизлечимых недугах. Мы ищем виноватого, ищем «духовную причину». Больному раком часто советуют «позитивно мыслить», как будто сила мысли сильнее химиотерапии. А если он не вылечился — значит, он недостаточно сильно хотел жить или недостаточно хорошо думал? Это ли не новая форма жестокости под маской заботы? Врачи лечат тело, а общество продолжает выносить приговор душе, судя больного по придуманным «характеристикам» его болезни.
Философия Сонтаг в том, что болезнь — это просто болезнь. Это биологический процесс, лишенный морального смысла. У нее нет цели, нет скрытого урока, который нужно выучить страдающему человеку. Она не делает человека лучше или хуже, не является наказанием за грехи или наградой за святость. Самое мужественное, что мы можем сделать, по мнению Сонтаг, — это отказаться от красивых и страшных слов. Называть вещи своими именами. Говорить о раке так же, как о сломанной ноге: с состраданием, но без мистического ужаса. Это освобождает. Это позволяет больному оставаться человеком, а не просто носителем страшной метафоры.
Закончив читать, я понял, что книга Сонтаг — это не только о медицине. Это о том, как мы боимся реальности. Мы предпочитаем придумывать мифы, чем смотреть фактам в лицо. Мы боимся хаоса и бессмысленности страдания, поэтому наделяем его «смыслом». Но истинное сострадание начинается именно там, где заканчиваются метафоры. Когда мы смотрим на больного и видим не «жертву проклятия» или «героя трагедии», а просто обычного человека, которому больно и страшно. Сонтаг учит нас хранить молчание там, где слова бессильны, и не добавлять к физической боли человека еще и груз вины, стыда или романтической фальши. Возможно, это и есть самая трудная и самая важная философия — научиться просто быть рядом, не навешивая ярлыков.