Что в характере и поведении Чичикова дает автору основание назвать его «подлецом»?

В поэме Николая Васильевича Гоголя «Мертвые души» автор прямо называет своего главного героя, Павла Ивановича Чичикова, «подлецом». Это слово звучит резко и однозначно, и Гоголь не случайно ставит его в название последней, одиннадцатой главы: «...вот весь налицо герой наш, каков он есть! Но потребуют, может быть, заключительного определения одной чертою: кто он относительно качеств нравственных? Что он не герой, исполненный совершенств и добродетелей, это видно. Кто же он? Подлец?» И хотя далее автор как бы колеблется, задаваясь вопросом, не лучше ли назвать его «приобретателем», он все же оставляет за ним это суровое определение. Основание для этого лежит не в каком-то одном преступлении, а во всей природе его характера и в каждом его поступке.
Главное основание назвать Чичикова подлецом — это полное отсутствие в нем какой-либо внутренней моральной опоры. У него нет ни убеждений, ни принципов, ни чувства чести. Он не злодей в классическом смысле, как, например, разбойник или убийца. Чичиков — подлец повседневный, обыкновенный. Его подлость заключается в том, что для достижения своей цели — обогащения и устройства комфортной жизни — он готов использовать любые средства и играть любые роли. Он с детства усвоил завет отца: «Больше всего береги и копи копейку: эта вещь надежнее всего на свете». Эта фраза стала не просто советом, а программой жизни. Ради «копейки» он предавал, обманывал, льстил и унижался. Вспомним его службу в казенной палате: чтобы получить место, он ухаживал за старой, неприятной дочерью начальника, обещая жениться. Обманув ее доверие и получив повышение, он тут же забыл о ней. Это предательство ради карьеры — поступок, который полностью лишен человеческого тепла и порядочности.
Далее, само поведение Чичикова в городе NN и в поместьях помещиков — это сплошная цепь лицемерия и лжи. Он — человек-хамелеон. С каждым персонажем он ведет себя по-особому. С мечтательным Маниловым он слащав и любезен, с ним он говорит о высоких материях и «приятности дружбы». С грубой Коробочкой он груб и напорист, называя ее «дубинноголовой» и обещая черта с рогами. С Ноздревым он прикидывается своим в доску, готовым играть в шашки и пить «шампанское бургоньон». С Собакевичем он деловито торгуется за мертвые души, проявив невероятную изворотливость. С Плюшкиным он прикидывается «бедненьким» и расточает комплименты «почтеннейшему, добродетельнейшему» старику, которого на самом деле считает «прорехой на человечестве». Эта игра, эта многоликость — не актерское мастерство, а проявление глубокой нравственной пустоты. Подлец тот, кто не имеет своего лица и использует чужое доверие в корыстных целях.
Сами «мертвые души» — это афера, основа которой лежит в самом низком, что может быть в человеке: в желании нажиться на смерти. Чичиков скупает у помещиков уже умерших крестьян, которые по ревизским сказкам числятся живыми. Он хочет заложить их в банк как живых и получить реальные деньги. Для него эти люди — не личности, не память, не трагедия. Это просто цифры, товар, «существующие только на бумаге». Он цинично обсуждает их качества с Собакевичем, торгуется за них, как за лошадей или дрова. Эта холодная расчетливость, это равнодушие к чужой судьбе, пусть и давно умершего крестьянина, поражает. Подлец — это тот, кто не просто обманывает государство, а кто глумится над самой идеей жизни и смерти ради наживы.
Но, пожалуй, самая страшная черта Чичикова, которая делает его подлецом в глазах автора, — это его полная неспособность к душевному движению, к раскаянию, к любви. Он не испытывает никаких сильных чувств. Гоголь постоянно подчеркивает его «обходительность», «приятность» и «покладистость», но это лишь маска. Его внутренний мир — это шкатулка с деньгами и расчеты. Даже когда его разоблачают и весь город восстает против него, Чичиков думает не о стыде, а о том, как бы «вывернуться» и уехать. Он не переживает, он ищет пути спасения своего капитала. В нем нет того зерна добра, которое, по мысли Гоголя, есть в каждом, даже падшем человеке. Этим он отличается от многих персонажей-плутов в мировой литературе, которые хоть иногда проявляют благородство. Чичиков же — законченный негодяй. Он «подлец» не от бедности или отчаяния, а от бездуховности.
Гоголь не случайно предваряет название «подлец» долгим размышлением. Он хочет, чтобы читатель сам понял всю глубину падения этого, казалось бы, «приятного» человека. Чичиков страшен не тем, что нарушает закон (это делают и другие), а тем, что нарушает законы нравственности. Он использует людей как инструмент, лжет легко и изящно, предает без зазрения совести и видит цель жизни только в накоплении богатства. Именно эта тотальная меркантильность, превратившая его в механизм для получения денег, и дает автору полное право назвать своего героя подлецом. Чичиков — это портрет того страшного явления, когда внешняя благовоспитанность и деловая хватка скрывают полное отсутствие души. И в этом, по мысли Гоголя, самая страшная подлость, которую только может совершить человек.