Журчит ручей, бежит ручей… Написать эссе

Когда я слышу эти слова, мне становится тепло и немного грустно. Тепло, потому что они возвращают меня в детство, в те беззаботные летние дни, когда я гостил у бабушки в маленькой деревне. Грустно, потому что тех дней уже не вернуть. Но ручей из памяти никуда не делся. За бабушкиным огородом, в зелёном овраге, бежал ручей. Он был неширокий, в некоторых местах его можно было перешагнуть, но такой живой и говорливый, что я мог сидеть и смотреть на него часами. Помню, как я впервые его услышал. Я шёл по тропинке, а из травы доносилось негромкое: «жур-жур-жур». Это было похоже на приглашение. Я подошёл ближе и увидел прозрачную воду, которая бежала через камни, наклоняла травинки, несла упавшие листья. Сейчас я понимаю, что это была моя первая встреча с настоящей красотой.
Тот ручей был словно живое существо. У него был свой характер, своё настроение, своя походка. Мне очень нравилось ходить к нему по утрам. Земля ещё пахла свежестью, роса висела на траве, а ручей блестел, как вымытое стекло. Его голос был звонким и торопливым, будто он спешил рассказать утренние новости. Днём он становился спокойнее: вода лениво обходила камни, задерживалась в маленьких затонах, играла с солнечными лучами. Я любил ложиться на берег и смотреть в глубину. На дне лежали разноцветные камешки, зеленел мох, иногда пробегала юркая рыбка. Над водой кружились стрекозы, а в траве стрекотали кузнечики. В лужах возле ручья купались воробьи. Один раз я видел лягушку, которая сидела на большом камне и смотрела на меня, будто тоже думала о чём-то. Вечером ручей менял голос. Он журчал тише, мягче, как будто пел колыбельную. Над водой поднимался лёгкий туман, пахло мятой и прохладой. Если долго смотреть на бегущую воду, начинало казаться, что время остановилось. Только вода бежит и бежит, не останавливаясь ни на секунду.
Я часто думал, откуда у ручья столько сил. Он не устаёт, не спотыкается, не поворачивает назад. Если на его пути встречается камень, он не спорит с камнем, а обнимает его и обтекает. Если попадается яма, вода заполняет её и идёт дальше. Так и человек должен жить: не бояться препятствий, искать обходные пути, но не останавливаться. Ручей не спрашивает, куда ему бежать, он просто чувствует дорогу. Может быть, поэтому так хорошо сидеть возле воды и думать. В её журчании слышится что-то древнее и мудрое. Вода помнит всё: и весенний снег, и летние грозы, и осенние листья. В ней купалось небо и плыли облака. Когда я смотрел в ручей, мне казалось, что в нём отражается не только свет, но и время. И я думал: как мало человек может сделать, но как много может сказать одна маленькая капля, если она в пути.
Я любил думать о том, куда бежит ручей. Однажды я попробовал пройти вдоль него. Он вился между кустами, нырял под упавшие деревья, прыгал по камешкам. Я шёл за ним, как за проводником. Через час я вышел к маленькой речке, и ручей нерешительно вливался в неё. Я немного расстроился: мне казалось, что он должен бежать куда-то далеко-далеко. Но потом я понял, что его путь не заканчивается. Вода из реки потечёт дальше, к большой реке, а потом, может быть, к морю. И значит, каждый ручей несёт в себе огромный мир. Ему не обязательно быть широким и глубоким, чтобы быть важным. Он просто делает своё дело, маленькое, но нужное. В тот день я впервые подумал, что у всего в природе есть своё предназначение. И у меня тоже.
Особенно красиво у ручья было весной. Зимой он прятался под снегом и льдом, и казалось, что его нет. Но как только пригревало солнце, ручей просыпался. Он наполнялся талой водой, становился сильным, шумным, даже немного дерзким. Он вырывался из-под льда, разливался по оврагу и бежал так быстро, что его невозможно было догнать. Трава ещё не вырастала, деревья стояли голые, а ручей уже шумел и радовался. В этом шуме слышалась победа — победа жизни над зимой. Потом наступало лето, ручей успокаивался, зарастал цветами, над ним звенели пчёлы. Осенью в его воду падали жёлтые и красные листья. Они кружились, плыли, цеплялись за корни, снова плыли. И казалось, что ручей несёт на себе целый мир. А ещё я любил слушать ручей после дождя. Он становился тёмным, быстрым, сердитым, но потом снова делался ясным, будто умылся.
Однажды я пустил по ручью бумажный кораблик. Он был маленький, из тетрадного листа, с парусом из кусочка бересты. Я поставил его на воду и подумал: «Поплывёт или нет?» Сначала кораблик закружился на месте, потом его подхватило течение. Он проплыл немного, задел корягу, перевернулся, но снова выпрямился и скрылся за поворотом. Я долго смотрел ему вслед. Мне было и радостно, и немного грустно. Радостно от того, что он уплыл, что у него есть свой путь. Грустно от того, что он уже не вернётся. Так и в жизни: что-то уходит, что-то приходит. Ручей остаётся на месте, а вода в нём меняется каждую минуту. И в этом, наверное, главная тайна. Мы тоже меняемся, становимся старше. Но что-то внутри нас, как этот ручей, остаётся чистым и живым.
Сейчас я редко бываю в деревне. Бабушка переехала, дом опустел, овраг зарос. Но каждый раз, когда я слышу «журчит ручей, бежит ручей», я закрываю глаза и вижу его. Тот же ручей, те же камни, то же небо. Он всё ещё бежит где-то в моей памяти, обходит препятствия, блестит на солнце и тихо поёт свою вечную песню. Я знаю, что однажды приду к нему и снова услышу знакомое: «жур-жур-жур». Может быть, рядом уже не будет бабушкиного дома, но ручей течёт, как тёк. Ручей не торопится, он просто бежит. Бежит, чтобы напомнить нам, что жизнь продолжается, что впереди много дорог. И даже маленький ручей может быть великим, если он искренен и не останавливается. Журчит ручей, бежит ручей… и хорошо, что в мире есть такие простые чудеса. Они рядом, стоит лишь услышать.