Сочинение Рыцарь копейки в "Мертвых душах"
Рыцарь копейки в "Мертвых душах"
Среди множества персонажей, населяющих бессмертные страницы "Мертвых душ" Гоголя, особое место занимает Павел Иванович Чичиков, человек не слишком выдающейся наружности, но наделённый огромным финансовым чутьём и непреодолимой тягой к обогащению. Чичиков, своих скромных амбиций ради, превратился в настоящего рыцаря копейки, дознавшегося всех хитростей и уловок, чтоб обнаруживать и использовать кажущиеся невидимыми возможности для заработка.
В мир Чичикова, где закон и мораль подчас уступают дорогу изворотливости и предприимчивости, он видит прорехи, через которые можно протиснуться к незаработанному богатству. Эту настойчивость и искусство изворотливого маневрирования можно сравнить с рыцарским мастерством, только поле боя здесь - не бранское поле, а сфера финансовых махинаций и торгово-чиновничьих комбинаций.
Рыцарь копейки - это героя, и доказательством его "рыцарства" служит самодостаточность его хитроумного плана, который он обдумывал и дорабатывал с выверенной точностью и терпением. Глядя на насмешливые очки и бледное лицо Чичикова, нельзя не понять ту мощь ума и упорства, с которым он стремится к своей цели. Ведь он весь устремлен к одному - приобретению состояния, пусть самым странным и на первый взгляд бессмысленным способом - покупкой мертвых душ.
Огромно и безразмерно поле, по которому простирается его деятельность, и он играет на нём, как искусный игрок на шахматной доске, где на карту поставлены не только деньги и статус, но в буквальном смысле - душа народа. Чичиков не мыслит ограничиваться малым: одна деревня, второй город, третий простофиля - все это лишь фигуры на его шахматной доске, пешки, ферзи, королевы и ладьи, которые он перемещает, согласно своему плану.
Однако, несмотря на изобретательность и удачливость Чичикова, на каждом шагу его пути сквозит ощущение пустоты и бессмысленности. Ведь за всем этим гением приобретательства не скрывается ничего большего, чем цель обогатиться, воля к чему составляет лишь поверхность жизни, её видимую и ощутимую оболочку. Но где истинная душа этой погрязшей во мракостях корысти игры?
И здесь Гоголь даёт нам задуматься: насколько далеко могут завести эти рыцарские качества, когда бескорыстная и честь становятся жертвами мелочности и обмана? Этот разительный контраст между личностью Чичикова и рыцарским идеалом, который он пародирует своим поведением и амбициями, служит острым напоминанием о том, что истинная ценность человека кроется не в богатстве и не в материальных достижениях, а в чистоте его души и моральных устоях.
А стоит ли считать Чичикова настоящим рыцарем, даже рыцарем копейки? Или же он, может быть, всего лишь тонкий прохвост, витиевато обставляющий свою бездушную погоню за наживой в красивые слова и образы? Эта дилемма остается открытой, и, как все великие произведения, "Мертвые души" Гоголя предоставляет нам пищу для размышлений и позволяет каждому читателю сделать свои собственные выводы.