Сочинение Пушкин "Метель"
С начала октября в Михайловском мела непрестанно. Ветер завывал, свистел, гудел. Небо слилось с землей, прогуливаясь подъемными холмами как дымное море уродливых волн. Было темно, зловеще — все смирилось внутри, страшась приближения ситуаций, когда тебе нужно решать все самому.
Маря Гавриловна, двадцатилетняя красавица, единственная дочь богатого помещика, некогда прочитала романтические письма и взяла в свой ум мечты, которым не находила выхода. Сердце ее было беспокойным, голова закруженая грезами. Под снежным покровом, хоть и не своими глазами видимым, усмехалась она веселью и приливу страсти, затепливаемому в этой зиме. Она любовно думала о молодом гусаре Владимира, который увлек ее мысль еще в прошлом году, когда они вместе целое лето проводили в родительском имении её отца.
Вскоре началась странная ситуация. Жителей и посетителей дома тревожили лишь слухи о сильной метели, которая окружила дом на всех направлениях и, казалось, не дала отвода. Марья Гавриловна революционно решилась пройти через снежную бурю, да невольная волна привидений унесла её. Онемевшая, родившись задумчивой, она стала безмолвной свидетельницей природной стихии и собственных теней.
Её отец, Гаврила Петрович Рэмезов, честный человек и твердо приверженный традициям, был разбужен ближе ко времени прибытия дочери. Беспокойство и тревога настигали его. Смущенный, он собрал всех верных ему слуг и сделал то, что мог. Их лошади, как воины, увлеченные боевым кличем, рванулись в степь, лишь чтобы встретить ураган в ярости. В домах, где храмы отражались в сгущающихся тенях зимы, не исчезала надежда.
Тем временем безликий предмет метели привел Марью Гавриловну к старому собору. Здесь возле своды под куполами появились тени богов, тут сиял бледный свет свечи. Противографично её самой, её внутренний океан вздыбился и закипал. Темные силы только пробудились, когда она, слаба и измучена, уставила глаза на образ Владимир, приехавшего встретиться с ней.
Эта встреча стала стартовой точкой к закручиванию судьбы. Их дороги напрягли свои линии, закрепляя сильнее чем жесткое соприкосновение темного с бледным светом. История стихий перетекла в заслужкую легенду, как зимние дни стали пиршеством снега, а холодные ночи - ультиматум романтики.