Сочинение Мой кумир — Александр Сергеевич Пушкин

Бывают люди, которые живут не только своей жизнью, но и жизнями всех, кто придет после них. Их слова становятся воздухом, которым мы дышим, а их мысли — теми самыми звездами, на которые мы смотрим, когда ищем ответы. Для меня таким человеком, настоящим кумиром, уже много лет остается Александр Сергеевич Пушкин. И я хочу рассказать, почему не полководец, не ученый и не космонавт, а именно он, поэт, живший так давно, стал для меня главным примером.
Когда я был маленьким, Пушкин был просто волшебником из книжки с красивыми картинками. Помню, как бабушка читала мне «Сказку о царе Салтане». Я замирал, слушая о тридцати трех богатырях, выходящих из морской пены, о белочке, которая грызет золотые орехи, о летящем по волнам, надутом ветром, корабле. Казалось, что это не стихи, а сама музыка, которая вдруг обрела слова. Эти строки были полны такого света и добра, что хотелось, чтобы сказка никогда не кончалась. Тогда я и подумать не мог, что человек, сочинивший это, сам когда-то был маленьким мальчиком, слушавшим такие же сказки от своей няни, Арины Родионовны. Уже потом я понял, что именно Пушкин подарил нам детство — то самое, с лукоморьем, ученым котом и избушкой на курьих ножках. Он построил для нас целый мир, в который можно убежать, и этот мир оказался удивительно русским и родным.
Став старше, я начал открывать для себя другого Пушкина — не сказочника, а человека. Я читал его биографию, письма, воспоминания друзей. И тут мое восхищение только выросло. Потому что я увидел не мраморный памятник, а живого, страстного, очень смелого и иногда очень несчастного человека. Он был похож на искру: быстрый, яркий, обжигающий. В лицее его звали «французом» за любовь к языку и поэзии, но при этом он мог быть отчаянным сорванцом. Он горячо спорил о свободе, писал такие смелые стихи, что сам царь их цензурировал, и за это его отправляли в ссылку — то на юг, то в глухое семейное имение Михайловское. Представьте себе: молодой, самый известный поэт страны, оказывается заперт в деревне без друзей и шумной жизни. Казалось бы, отчаяние. Но Пушкин и там не сдался. Он много читал, много думал и писал. Именно в Михайловском он начал своего «Евгения Онегина» — роман, который потом назовут энциклопедией русской жизни.
Вот в этом для меня и есть главный пример. Жизнь Пушкина была нелегкой: непонимание властей, сплетни в свете, постоянные долги, трагическая дуэль в конце. Но ничто не могло сломить в нем главного — его внутренней свободы и верности своему призванию. Он, как птица, пел, даже когда была гроза. Его оптимизм, его любовь к жизни сквозят в каждой строчке. Вспомните: «Я помню чудное мгновенье», «Мороз и солнце; день чудесный!», «Если жизнь тебя обманет, не печалься, не сердись!». Он умел находить красоту в простом осеннем дне, в первой метели, в старой сосне у дороги. Он учил видеть чудо в обыденности, и это, пожалуй, самый важный урок для любого человека.
А еще Пушкин для меня — это мастер на все руки от слова. Он мог быть таким разным! Написал историческую драму «Борис Годунов» — суровую и мощную, как гранит. Создал «Повести Белкина» — трогательные и простые истории о маленьких людях. Сочинил поэму «Медный всадник», где сталкивается маленький человек и огромная, холодная государственная мощь. И, конечно, «Евгений Онегин». Когда я впервые прочитал этот роман в стихах, меня поразило, насколько все в нем живо. Татьяна, пишущая письмо, Онегин, скучающий в деревне, Ленский перед дуэлью… Кажется, не Пушкин их придумал, а просто рассказал нам о своих знакомых. Он показал всю Россию: и блестящий Петербург, и патриархальную деревню, и быт, и моду, и мысли людей. После Пушкина русская литература заговорила совсем по-другому — честно, глубоко, по-человечески. Все великие писатели, которые пришли после — Гоголь, Толстой, Достоевский — считали его своим учителем и началом всего.
Но быть кумиром — это не только про талант и книги. Это про то, каким человеком ты был. А Пушкин, по воспоминаниям, был удивительно верным другом. Он мог броситься помогать товарищу, попавшему в беду, мог быть щедрым, хотя часто сам нуждался в деньгах. Он любил свою жену Наталью Николаевну, любил своих детей. Он был патриотом, но не слепым — он горячо любил Россию и верил в ее лучшее будущее, но при этом ясно видел ее больные места и говорил о них. В нем уживались гений и простой человек, который любил шумные компании, осеннюю охоту, мог проиграться в карты или влюбиться с первого взгляда. Эта полнота жизни, эта страсть ко всему — к любви, к дружбе, к творчеству, к самой России — делает его близким. Он не святой, он — свой. Свой парень, который просто оказался гением.
Иногда мне задают вопрос: как может быть кумиром человек, который жил в XIX веке? Разве его опыт может быть полезен сейчас, в мире компьютеров и космических полетов? Я уверен, что да. Потому что Пушкин говорит о вещах, которые не стареют. О чести и долге. О том, как важно в любых обстоятельствах оставаться самим собой. О том, что надо уметь прощать и любить. О ценности простых радостей. О смелости думать и говорить правду. В его стихах я нахожу ответы на свои вопросы, утешение, когда грустно, и радость, когда хочется праздника. Его строки — как надежный компас в море жизни.
Когда я думаю о своем будущем, я не хочу быть поэтом. Мои интересы лежат в другой области. Но я очень хочу взять у своего кумира его бесстрашие. Его умение не пасовать перед трудностями. Его ненасытную жажду знаний — ведь он постоянно учился, изучал историю, языки. Его трудолюбие — черновики его произведений испещрены правкой, он работал над каждой строкой, как ювелир над алмазом. И, конечно, его огромную, всеобъемлющую любовь к Родине. Любить свою страну не слепо, а зряче, желая ей добра и работая для этого своим талантом — вот настоящий патриотизм.
В конце концов, Пушкин для меня — это сама Россия, выраженная в слове. Ее широта, ее грусть, ее удаль, ее загадочная душа. Читая его, я лучше понимаю и свою страну, и себя. Он научил меня ценить родную речь, которая в его стихах звучит, как совершенная музыка. Он показал, что настоящее искусство всегда говорит правду. Он доказал, что один человек своим талантом и силой духа может осветить целые столетия.
Поэтому мой кумир — Александр Сергеевич Пушкин. Не идеальный, не придуманный, а живой. Поэт, который и сегодня стоит у каждого из нас за плечом, тихо подсказывая самые нужные и самые верные слова. И пока звучат его стихи, пока кто-то замирает, услышав «Мороз и солнце; день чудесный!», или сопереживает Татьяне, он жив. И я горжусь, что могу назвать этого великого, такого родного человека своим главным примером и вдохновением.