Сочинение Война и мир. Льва Толстого
Князь Андрей был, как и в прежние годы, в любезных отношениях с Петербургскими знакомыми, не был еще в открытую сосредоточен, потому что он чувствовал, что эта его обязанность не есть, не будет и не может быть ничьим делом, кроме его одного. Он чувствовал, что эта его обязанность — быть нею.
Как ручеек, не ведая твердой дороги, пробегает свое течение, замирает и влагает в каждую каплю воды свою собственную мысль, так и время, подобно тому ручейку, без определенной дороги, не завершало в душе Болконского цельного и определенного движения к чему-нибудь одному. Он устремлялся к одной цели, исходил другую, третью и опять возвращался к первой, но общая суммарная мысль его осталась прежняя. Разум, всегда требовавший чего-нибудь абсолютно ему ясного, не находил ничего такого и, уходя в размышления, снова возвращался к той же мысли.
Князя Андрея мучило, что он никак не может найти высшего разумного отношения человека и действия к великодушию; и, примеряя к себе все убедительные, нравственные учения, все беспристрастные суждения и все возможные чувства, он страстно стучился в себя, как стучится у камина ухват, если поворачивают горящую головню.